Ассорти конфет «Защитные механизмы»

В тот вечер бариста поставил на стойку небольшую коробку конфет — это был спецзаказ, который изготовил во Франции знакомый шоколатье хозяйки Кофейни. В коробке было 11 конфет с разным рисунком сверху и разной начинкой внутри.

Новый посетитель, который никогда прежде не был в Кофейне, неуверенно приоткрыл дверь и заглянул внутрь. Он с любопытством рассматривал интерьер Кофейни и, кажется, его взгляд дольше всего задержался на книжных полках. Да, точно: книжные полки его впечатлили, потому что он поднял бровь и присвистнул. Но пока так и стоял на пороге — будто застрял между двумя мирами.

Бариста аккуратно открыл коробку конфет и поставил рядом маленькую табличку: «Комплимент от бариста». Посетитель наконец вошёл и сразу же подошёл к барной стойке с конфетами.

— Они все разные?

— Да.

— А почему тогда называются одним словом — ассорти?

Бариста улыбнулся.

— Потому что делают одну и ту же работу. Да и само слово «ассорти» происходит от французского assorti, что буквально переводится как «хорошо подобранный». И тут, уж будьте уверены, все конфеты подобраны очень хорошо.

Слова «очень хорошо» бариста особенно выделил, понизив голос.

Посетитель взял одну конфету.

— И какую же работу делают эти конфеты?

Бариста немного помолчал.

— Зависит от начинки конфеты, но в целом, чтобы дать вам общее представление, скажу так: представьте маленький город. Однажды в нём случился сильный пожар, и после этого жители начали строить новые дома, у которых стены делали толще, окна — меньше, а двери — тяжелее. На всякий случай, мало ли что ещё случится в будущем.

— Это разумно.

— Конечно. Но представьте теперь, что прошло много лет. Тот исторический пожар закончился там и тогда, новый так и не случился, да и вообще катаклизмы обходили город стороной. А дома местных жителей продолжали становиться всё более закрытыми, потому что жители, поколение за поколением, продолжали укреплять свои дома. И в какой-то момент в комнаты их домов почти перестал попадать свет.

Посетитель задумался.

— Получается… то, что когда-то спасало или должно было спасти, позже начинает жителям мешать?

— Да, бывает и так.

Бариста аккуратно убрал порционную бумажную корзиночку, оставшуюся от конфеты, которую взял посетитель.

— Интересно, что вы выбрали конфету с начинкой «Рационализация».

— Это что-то значит?

— Для меня или для вас?

— Хм… Я имел в виду, какое значение этой конфете придавал её создатель. Видно же, что конфеты авторские.

— Как точно вы сформулировали! — бариста поднял вверх указательный палец, как будто его посетило озарение.

Посетитель, не моргая, смотрел на бариста.

— Каждая конфета в этом ассорти посвящена той или иной психологической защите, которую создаёт и использует человеческая психика. Но какое значение придавал каждой «конфете» её «создатель» — это поистине гениальный вопрос. Очень психоаналитический.

— Так всё же? — посетителю явно не терпелось узнать подробности о той конфете, которую он только что съел.

— Вы выбрали «Рационализацию». Это зрелый механизм психологической защиты, который состоит в том, что человек ищет логические, но не всегда правдивые объяснения поступков или неудач, чтобы сохранить самоуважение.

Посетитель немного смутился, но довольно быстро нашёлся и задал следующий вопрос:

— Вы сказали, что это зрелый механизм психологической защиты, а что, есть ещё незрелые?

— Конечно. Они, правда, называются «примитивные», а не «незрелые», но смысл тот же.

— И что же это за механизмы?

— Смотрите, — бариста показал пальцем на верхний ряд конфет в коробке. — Вот тут мы с вами видим всего четыре конфеты. Первая — «Отрицание»: здесь защитный механизм проявляется как отказ признавать реальность травмирующего события. Вторая — «Вытеснение»: это бессознательное «удаление» из сознания неприятных мыслей, чувств или воспоминаний, но они не исчезают бесследно, а проявляются потом в сновидениях или оговорках. Третья — «Проекция»: здесь человек приписывает собственные нежелательные качества или чувства другим людям. Четвёртая — «Расщепление»: это когда вы делите ситуации и людей на абсолютно «хороших» и абсолютно «плохих».

— О, кажется, я знаю нескольких людей с расщеплением! — воскликнул посетитель.

— Очень может быть, это распространённая защита.

— А семь конфет в нижнем ряду — это зрелые защиты, да?

— Совершенно верно. Вот здесь у нас «Подавление», состоящее в сознательной попытке не думать о неприятном. Вот тут — «Регрессия», которая предполагает возврат к более ранним, «детским» формам поведения в стрессовой ситуации. А это — «Изоляция», означающая, что человек отделяет эмоции от событий, как будто у него возникает своеобразное эмоциональное «онемение».

— Тут была «Рационализация», которую я уже съел, — рассмеялся посетитель.

— Да, а рядом с ней лежит «Интеллектуализация», то есть сосредоточение на логическом анализе ситуации при игнорировании её эмоциональной составляющей. Следующая конфета называется «Реактивное образование», и олицетворяемая ею защита выглядит как демонстрация поведения, противоположного истинным чувствам.

— Как это?

— Ну, скажем так, есть у вас человек, который вызывает сильную неприязнь?

Посетитель кивнул.

— Так вот, если вы будете вести себя по отношению к нему подчёркнуто дружелюбно, это будет проявлением как раз этой защиты.

Кажется, в этот момент посетитель понял для себя что-то ещё важное.

— А последняя конфета — это что?

— О, это «Сублимация», состоящая в том, что человек преобразует неприемлемые импульсы в социально приемлемые формы активности — например, в творчество или спорт.

Посетитель какое-то время молча смотрел на конфеты, а потом спросил:

— Но ведь защитные механизмы не возникают просто так?

— Вы правы. Вспомните мою историю про пожар в городе и новые дома, которые построили жители. Защитные механизмы психики похожи на такие дома. Когда человеку слишком больно, страшно, когда невозможно выдержать происходящее, психика делает то, что умеет лучше всего, — помогает пережить этот момент. И тогда для этого возводятся дополнительные кирпичные стены под названием «Этого не было», вешаются ставни «Это ничего не значит», вокруг дома выкапывается ров с названием «Это произошло не со мной», устанавливаются капканы «Во всём виноват кто-то другой», а кровля дома покрывается раствором «Лучше вообще не чувствовать». Ну, образно выражаясь.

Посетитель задумался.

— Значит… психика обманывает?

Бариста покачал головой.

— О, я бы не был столь категоричен. Психика таким образом скорее… хм… выигрывает время. Да, она выигрывает время для того, чтобы человек не оказался лицом к лицу с тем, что выдержать пока выше его сил.

— Тогда почему говорят, что защиты — это плохо?

Бариста улыбнулся.

— Потому что люди часто видят только вторую половину истории.

Он достал из коробки ещё одну конфету.

— Представьте костыль.

Посетитель вопросительно посмотрел на бариста.

— Костыль?

— Да-да, костыль. Когда человек сломал ногу, костыль помогает ему ходить. Никому в здравом уме не придёт в голову злиться на костыль.

Посетитель согласно кивнул, а бариста продолжил:

— Но если через десять лет, например, когда кости в ноге уже давно срослись, человек всё ещё боится сделать без костыля шаг… Тогда проблема в чём? В костыле? Или в том, что человек продолжает жить так, будто перелом всё ещё не зажил?

— Уж точно не в костыле! — бодро ответил посетитель.

— Именно.

Бариста посмотрел на коробку с конфетами.

— Защитные механизмы сами по себе редко причиняют нам вред. По большому счёту, все они — это бывшие спасатели, оставшиеся на смене слишком долго.

Посетитель улыбнулся.

— Никогда об этом так не думал.

Бариста кивнул.

— Есть ещё одна тонкость, которую хорошо бы знать: мы почти никогда не замечаем собственные защитные механизмы. И это, в общем-то, логично, ведь если бы мы замечали их сразу, они перестали бы выполнять свою работу. Но такого не происходит. Так что чаще всего окружающие видят наши защитные механизмы раньше нас. И некоторые могут сообщать нам об этом не в самой приятной форме.

Но это не повод ругаться с человеком, который резко сказал вам, что вы, например, сейчас строите проекции. Хотя тут тоже многое зависит от ситуации, — бариста рассмеялся. — Но в целом важно спросить себя:

«Интересно… От чего именно сейчас пытается защитить меня моя психика?»

Посетитель задумался. Бариста ненадолго замолчал, а потом добавил:

— И знаете… после этого вопроса защита может становиться уже не такой необходимой.